Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
23:43 

Просто быть рядом! Глава 6. Полукровка и слизеринцы

FluffyDu
Просто быть рядом

Автор: Шиноби Скрытого Листа aka Delfy
Бета: Saske Uchiha
Гамма: FluffyDu
Рейтинг: R
Размер: Макси
Персонажи: Гарри Поттер, Северус Снейп, Альбус Дамблдор, Рон Уизли, Гермиона Грейнджер и др.
Жанр: Драма, Ангст, Приключения
Дисклеймер: Персонажи принадлежат Дж. К. Роулинг.
Разрешение: Только с согласия автора
Саммари: Севитус. Просто быть рядом - просто слова, мало кто задумывается над их смыслом, заглянув глубоко в себя. Можно поддерживать, уважать, любить, просто находясь рядом. Именно такое решение принимает Гарри в тяжелой для себя ситуации, ему хочется просто быть рядом с человеком, который ему дорог, даже если тот не понимает и не принимает его самого.

www.diary.ru/~FluffyDu/p132919088.htm
www.diary.ru/~FluffyDu/p149000168.htm
www.diary.ru/~FluffyDu/p163181604.htm
www.diary.ru/~FluffyDu/p167523785.htm
www.diary.ru/~FluffyDu/p174493271.htm

Глава 6. Полукровка и слизеринцы

Этот прохладный голос… Этот бархатный баритон.
В легких вдруг стало катастрофически не хватать воздуха. Словно стая разъяренных драконов прошлась мимо, а один, особенно глупый и взбешенный, умудрился наступить на грудную клетку и выбить дух прочь из тела.
Гарри растерянно посмотрел на директора, не спускавшего с него глаз.
«Что происходит?!» — мысленный вопрос.
«Успокойся, Гарри, я все объясню чуть позже, держи себя в руках», — последовал ответ, и Дамблдор отвел взгляд, параллельно расплываясь в ласковой улыбке.
— Да, Северус, пожалуйста, проходи.
Нет! Нет!
Юноша вжался в стул, мечтая провалиться сквозь землю. Побелевшие от напряжения пальцы крепко вцепились в подлокотники. Где же его хваленая выдержка? Где потерялась маска спокойствия и правильного расчета? Он был не готов к этой встрече! Не так быстро и неожиданно!
Сбоку от себя Гарри уловил движение, но не посмел повернуться.
Почему нельзя просто замереть и прикинуться статуей, на которую никто не станет лишний раз обращать внимания?
— В чем дело, Альбус? — приблизившись, Снейп даже не взглянул на приросшего к стулу мальчишку, явно давая понять, что жалкие насекомые его совершенно не волнуют. — Из-за вашего вызова я отменил много важных дел.
— Извини меня за это, мой мальчик, но дело очень серьезное, — миролюбиво произнес Дамблдор, игнорируя раздраженные нотки в голосе профессора. Затем он слегка приподнял руку, указывая на Гарри: — Познакомься, это Кристофер Ларсен, сын моих давних друзей, о котором я говорил недавно на педсовете. Он прибыл из Америки и с этого момента официально числится как ученик Хогвартса.
«Гарри! — голос пожилого мага ворвался в его разум, — соберись. Нельзя позволить кому бы то ни было узнать о твоей тайне. Ты же знаешь, как опасно играть с параллельными мирами».
Конечно, он знал.
Видя, что ученик приходит в себя, Дамблдор кивнул ему.
— Крис, это профессор Снейп, один из преподавателей Хогвартса.
Нужно правильно сыграть свою роль. Дамблдор прав. А уж какие игры затеял сам директор, сейчас не имеет значения.
На ватных ногах юноша встал и повернулся к зельевару, впервые решаясь поднять взгляд. Все та же черная мантия, скрывающая худую высокую фигуру, та же гордая и прямая осанка, те же немытые волосы, прикрывающие желтоватое лицо с резкими чертами, те же черные глаза, прожигающие насквозь. Такой же! Ни одного отличия! Сердце в груди замерло, сбиваясь с привычного ритма, однако уже через секунду забилось вновь, с огромной скоростью наращивая темп.
— Здравствуйте, профессор Снейп, — голос предательски дрогнул в начале, но Гарри выровнял его.
Он был открытой книгой. Если отец…профессор применит к нему легилименцию, его ничто не спасет, он не сможет отгородиться железным блоком.
— Я рад за мистера Ларсена, — фыркнул Мастер зелий, к огромному облегчению Поттера, повернувшись к Дамблдору. — Но какое отношение его приезд имеет ко мне?
Надо признать, Гарри тоже волновал этот вопрос. Он хорошо знал профессора и улавливал каждую незначительную перемену в его голосе. Несмотря на внешнее спокойствие, Снейп пребывал в ярости от очередных загадок директора, и, честно сказать, гнев распространялся не только на Альбуса Дамблдора, но и на источник возникающего конфликта, то есть, на самого Гарри. Смотря на довольно улыбающегося старика, гриффиндорец все больше терялся в догадках. Неужели тому пришло в голову с первого дня их сблизить? Это же невозможно, особенно, если таким образом оторвать зельевара от его многочисленных дел. Как может быть директор настолько наивен и не видеть, что Снейп не тот человек, который легко идет на контакт! А объяснит он это как? Если только…
Гарри похолодел.
— Самое прямое, Северус, — заверил Мастера зелий Дамблдор и указал на распределяющую шляпу на верхней полке высокого шкафа. — Буквально перед твоим приходом Кристофер прошел распределение, и шляпа отправила его на Слизерин.
Нет! Это ложь! Глупая шутка!
Поттер в ужасе уставился на директора.
— Вот значит как? — в голосе Снейпа явно не слышалось радости от подобной перспективы. — В таком случае, мне следует проводить мистера Ларсена в общежитие Слизерина и ознакомить с правилами поведения.
Странно, зельевар всегда хорошо относился к своим змейкам, порой лучше, чем к самому Гарри, во всяком случае, ему временами так казалось, особенно, когда сыновья ревность брала верх над здравым осмыслением конкретных ситуаций. Сейчас же он ощущал себя нашкодившим гриффиндорцем — и не каким-нибудь новичком, а вполне известным слизеринскому декану учеником.
Откуда вдруг взялось это непонятное чувство?
Встретившись на миг взглядом с Мастером зелий, Гарри едва не подавился от удивления. В черных непроницаемых глазах виднелось раздражение и…узнавание! Будто они были знакомы раньше. Исключено! До сегодняшнего дня юноша лишь отдаленно представлял себе столь долгожданную встречу со Снейпом. Неужели здесь настолько развитый мир, что, будучи зельеваром высшего уровня, Северус без проблем распознал под личиной Криса Ларсена Гарри Поттера? Нет, тогда бы у него не было такой реакции, да и Дамблдор не предложил бы такой смехотворный план.
Наткнувшись на новый мысленный тупик, Гарри метнул в директора рассерженный взгляд.
«Как вы могли!»
«Не сердись на меня, Гарри, я поступил так из лучших побуждений», — внимание пожилого мага задержалось на нем лишь на пару секунд и вернулось к Снейпу:
— Разумеется, Северус, но прежде, чем ты это сделаешь, нам необходимо обсудить несколько вопросов, касающихся нового учебного года, — старик задумчиво почесал свою серебристую бороду и посмотрел на Гарри. — Крис, мальчик мой, ты не мог бы подождать немного в коридоре? Обещаю, я ненадолго задержу профессора Снейпа.
Зельевар раздраженно передернул плечами и, ссутулившись, отвернулся к окну.
Голубые проницательные глаза директора тут же перехватили растерянный зеленый взгляд.
«Интересно, из каких? Я вряд ли уживусь со Слизеринцами».
«Ты не сможешь понять, пока сам не найдешь решение. Ты умный мальчик, я уверен, тебе под силу проанализировать мои действия и прийти к правильным выводам, тем более что разгадка ближе, чем может показаться на первый взгляд. Главное — протянуть руку».
Директор тепло улыбнулся юноше, а вот тому было совсем не до улыбок. Ответ на простой вопрос главы Хогвартса явно задерживался, поэтому Поттеру не оставалось ничего другого, кроме слабой попытки вежливо растянуть губы в некотором подобии…нет, как-то язык не поворачивался назвать этот оскал улыбкой:
— Да, сэр. До свидания.
Юноша направился к двери, чувствуя, как утяжеляется каждый последующий шаг, как неприятная судорога сводит напряженные мышцы.
Ух, как сильно он сердился на Дамблдора! Директор никогда не говорил c ним открыто, скрывая большинство своих мыслей и соображений, предоставляя Гарри возможность самому во всем разбираться и приходить к определенным выводам. Наученный горьким опытом, бывший гриффиндорец надеялся хоть на какие-то различия в характере Дамблдора этого мира, ведь стольких ненужных жертв можно было бы избежать, поделись c ним директор сведениями о планах Волдеморта. Но нет, Гарри же еще маленький глупый ребенок, которому опасно знать такие вещи!
Дверь за спиной хлопнула громче, чем он рассчитывал.
Понять, почему Дамблдор не позволил ему продолжить обучение на Гриффиндоре, после того, как первый шок прошел, оказалось не так уж и сложно. Разумеется, Гарри нельзя находиться в такой опасной близости от своего двойника. Любой неверный шаг, и последует катастрофа намного страшнее абсолютной власти Волдеморта. Но почему Слизерин? Не Пуффендуй. Не Когтевран. Почему, мантикора его раздери, именно Слизерин?! Когтевран подходил для прикрытия лучше всего!
Раздраженно вздохнув, мальчик прислонился к стене, медленно оседая на пол. Как же ему надоело разгадывать директорские головоломки!
Учись он на Гриффиндоре, ему пришлось бы контактировать с другим Гарри, с Роном и Гермионой этого мира. Ничего бы хорошего не получилось, ясно как божий день. Будь он на Пуффендуе, предвзятое мнение о нем, как о добродушном глупце прочно засело бы в головах учеников и некоторых учителей. Идеальное отвлечение внимания. Никто бы не воспринял его всерьез. Когтевран наоборот обеспечил бы славу книжного червя и скрытого гения, располагая к нему учителей и учеников своего факультета. Но от него бы по-прежнему не ждали чего-то такого, чего можно ожидать от взбалмошных и непредсказуемых учеников Гриффиндора и Слизерина. Змеиный же факультет сразу ставит крест на его дружбе со студентами других факультетов, обозначая негативное отношение со стороны всех учителей, кроме, пожалуй, профессора Снейпа. От него постоянно будут ждать какой-нибудь подлости! Тогда в чем же замысел Дамблдора? Что такого есть в Слизерине, чего нет на других факультетах? На что такое важное намекает глава Хогвартса?
— Возможно, судьба решила дать тебе второй шанс?
— Шанс на вторую встречу с Волдемортом?
— Шанс начать жить заново. Ты не вернешь к жизни тех, кого потерял в битве с Томом, однако сможешь снова увидеть их в моем мире.
— Вы считаете, у меня есть возможность... подружиться с ними?
— А почему нет? Они не те люди, которых ты любил, но, кто знает, как все обернется?

Мимолетной вспышкой пронесся в памяти тот самый разговор с Дамблдорами. Оба великих мага верили в то, что у Гарри получится по новой подружиться с Роном, Гермионой и остальными ребятами, получится заново выстроить отношения с отцом…то есть с профессором Снейпом. Вот оно! То, чего нет на других факультетах, но есть на Слизерине! Расположение их сурового декана!

***

— Это все, что вы хотели сказать мне, Альбус? — осведомился зельевар, нетерпеливо глядя на сидящего перед ним волшебника.
— Не совсем, Северус, — Дамблдор никак не отреагировал на сердитый тон мужчины и сцепил руки в замок, задумчиво разглядывая какую-то непонятную вещицу на своем столе. — У меня будет к тебе небольшая просьба, если ты, конечно, не возражаешь против неожиданных просьб старика.
Он вдруг перевел внимательный взгляд на Мастера зелий и добродушно улыбнулся, не переставая при этом следить за каждой появляющейся и исчезающей эмоцией на лице Северуса.
Снейп сжал челюсти, едва сдерживая рвущиеся наружу потоки ругательств. В последнее время у старого маразматика появилась дурная привычка отрывать его от важных дел ради всяких пустяков. И при этом каждый раз он смотрел на зельевара так, будто от того, согласится он исполнить прихоть директора или нет, зависело все магическое сообщество Британии. Ну уж нет! В этот раз Северус не попадется так легко на этот взгляд! Что бы там Дамблдор не выдумал, его будет ждать отрицательный ответ. Пусть он и уважал пожилого мага за стратегический ум, за умение просчитывать всю партию на много ходов вперед и, в конце концов, за его человеческие качества, однако эти беспочвенные вызовы на ковер провоцировали все новые и новые приступы негодования.
— Если ваша просьба имеет отношение к Золотому Мальчику, то можете даже не начинать просить. Я выполняю по отношению к мальчишке все то, о чем мы с вами договорились, ни больше, ни меньше.
Чертов Поттер! Стоило вспомнить об отпрыске Джеймса Поттера, как у зельевара с чудовищной силой разболелась голова, а о нервной системе и думать нечего. Проклятье, весь день насмарку! Заметив потухшие искорки в глазах главы Хогвартса, Снейп сжался, предчувствуя нехороший для себя исход этого разговора. Как бы сильно он не сопротивлялся, Альбус найдет способ убедить его, как и всегда.
— Моя просьба не касается Гарри, — усталость слышалась в голосе директора. — Она касается Криса Ларсена.
Это что-то новенькое. Похоже, в этот раз старик решил получить согласие зельевара, заинтриговав неожиданной просьбой.
— Нового ученика с моего факультета? — скорее утверждение, нежели отрицание.
— Совершенно верно, — кивнул Дамблдор.
— И что же вы от меня хотите? — безразлично поинтересовался Снейп.
— Я хочу, чтобы ты присмотрел за ним.

***

Каменная горгулья отъехала в сторону, выпуская на свободу злого, как тысяча гоблинов, Мастера зелий. Гарри быстро поднялся на ноги, однако мужчина сразу отправился в подземелья, едва обратив внимание на замершего у стены студента. Что ж, может в чем-то этот Снейп и отличается от его отца, однако есть между ними и нечто общее: плохое настроение, которое лучше всего обходить за версту. Поттер молча последовал за новым деканом, старательно прикидываясь невидимкой.
Интересно, чем директор так взбесил Снейпа? Дамблдор всегда славился умением доводить Северуса до белого каления. Одни лимонные дольки чего стоили! Но что-то подсказывало бывшему гриффиндорцу — дело тут отнюдь не в любимых сладостях главы Хогвартса. Гарри очень надеялся, что не послужил причиной гнева отца…профессора Снейпа.
Постепенно светлые коридоры сменись мрачными холодными туннелями подземелий. Парень поежился от зябкого ветра, встретившего их при спуске с лестницы. А возможно, его передернуло от царившего в душе смятения. Он по-прежнему находился в прострации, до конца не осознавая всего ужаса, творящегося вокруг. Словно впереди идет отец, а не совсем чужой человек, лишь внешностью похожий, словно он идет не в пасть к слизеринцам, а просто прогуливается по территории замка, или же папа позвал его на чай, и они вместе направляются в личные комнаты зельевара. Реальность, не связанная с действительностью, нити прошлого, вплетающиеся в клубок настоящего.
Снейп развернулся так внезапно, что Гарри едва не налетел на него. За спиной профессора виднелась до боли знакомая каменная стена, скрывающая за собой змеенышей.
— Мистер Ларсен, — зельевар смерил ученика изучающим взглядом, — отныне вы — слизеринец. Раз Распределяющая шляпа отправила вас на мой факультет, так тому и быть, однако, чтобы полноценно зваться слизеринцем, вам придется доказать, что вы истинный сын своего Дома и достойны с гордостью носить его имя, а пока вы просто мальчишка. Вам ясно?
— Да, сэр.
— Вам же будет лучше, если это действительно так. В противном случае, вы будете вынуждены столкнуться не только с моим неодобрением.
Впервые на памяти Гарри декан Слизерина был так неприветлив с учеником собственного факультета. Обычно Снейп пытался подбодрить слизеринцев, нуждавшихся в нем и не получавших поддержки от других преподавателей или студентов с остальных факультетов. Змеек не любили. Никому не было до них дела, кроме главы их Дома. Тогда почему сейчас все шло не так? Северус, конечно, в открытую не демонстрировал своего равнодушия по отношению к новенькому ученику, но и легкой теплоты в его взгляде, заметной лишь слизеринцам и ему, Гарри, не наблюдалось. Снейп не слишком обрадовался пополнению в рядах своих подопечных, что не могло не настораживать Поттера.
Едва был назван пароль, часть стены уехала в сторону, открывая проход. Снейп уверенно прошел внутрь, Гарри — за ним, стараясь особо не выделяться на мрачном фоне профессора. Завидев Мастера зелий, студенты разом замолчали, делая зловещую зеленоватую гостиную еще более зловещей. Мальчик поежился от пробирающего до костей холода, вызванного сквозняком где-то хлопнувшей двери, от которого не спасал даже потрескивающий в камине огонь. И как же тут жить? Как другие справляются с постоянными сквозняками? Согревающие чары?
— Мистер Забини, позовите сюда мистера Малфоя, — распорядился зельевар, не найдя среди притихших студентов отпрыска знатной семьи.
Один из шестикурсников поднялся с дивана, на котором удобно устроился с какой-то незнакомой Гарри слизеринкой, и исчез за дубовой дверью, находящейся по левую сторону от камина.
Драко Малфой. Упоминание имени наследника Малфоев всколыхнуло старые обиды и вскрыло едва затянувшиеся раны, отдаваясь тупой болью в солнечном сплетении и медленно расползаясь липкими щупальцами по всему телу.
Когда-то давно Гарри и Драко неплохо ладили друг с другом. Лучшими друзьями они не были, ибо до конца Поттер так и не смог доверять юному Малфою, но хорошими приятелями ребята все-таки считались, несмотря на громкие протесты Рона, Гермионы и остальных гриффиндорцев.
Началось все с неожиданного визита Люциуса Малфоя и его сына в их с профессором Снейпом скромный дом в Тупике Прядильщиков. Тогда Гарри еще не знал ни о Хогвартсе, ни о магии в целом. Мастер зелий и Малфой-старший заперлись в кабинете Северуса, а Драко остался с Гарри. Мальчик не был в восторге от нового знакомого и не жаждал общения с ним, однако зельевар убедил подопечного присмотреться к Драко получше, особенно к его отношениям с отцом. И Поттер присмотрелся. Он увидел, с каким пренебрежением относится Люциус к сыну и как тот отчаянно пытается завоевать расположение родителя, порой сильно перегибая палку в подражании и обожании. Сочувствие отразилось в зеленых глазах, было решено попробовать еще раз подружиться с наследником Малфоев, не обращая внимания на показное высокомерие. Это оказалось очень непросто, учитывая старания Драко во всем поддерживать взгляды отца, но постепенно им удалось найти общий язык, и перед Гарри стал вырисовываться новый образ Драко Малфоя, совершенно отличающийся от бесполезного копирования характера Люциуса. Удивительно, но общение с таким Драко захватило Гарри.
Разлады, как это часто и бывает, возникли из мелочей. Например, попадание на разные факультеты сыграло значительную роль в зарождении конфликта, но тогда, ни он, ни Малфой не придали этому большого значения.
Серьезная ссора произошла между ними на втором курсе, когда Драко посмел прилюдно обозвать Гермиону грязнокровкой, доведя несчастную девочку до слез, и обострилась по окончанию четвертого курса, после возвращения Волдеморта. Тогда наступил конец их недолгой дружбы. Слизеринец предал Гарри, полностью перейдя на сторону отца. Как ни старался все это время Поттер изменить Малфоя, убедить посмотреть на мир иначе, порой рискуя потерять доверие Рона, Гермионы и остальных гриффиндорцев, тот оказался слабаком, зависящим от мнения влиятельного папаши. Стоило тому поманить пальцем, Драко, будто верный пес, несся к хозяину, не забывая при этом вилять невидимым хвостом. В такие моменты Гарри четко понимал тщетность своих попыток быть для наследника Малфов настоящим другом. Видимо, для того его усилия не значили ровным счетом ничего.
Остатки теплых чувств умерли, уступая место жалости и отвращению.
— Добрый вечер, профессор. Вы хотели меня видеть? — елейно произнес Драко, приблизившись к ним.
Гарри скривился. Манера копировать интонации Люциуса раздражала юношу.
— Да, мистер Малфой, — кивнул зельевар и, скрестив руки на груди, посмотрел на притихшего Гарри. — Мистер Ларсен, это Драко Малфой — один из двух старост факультета Слизерин. Он объяснит вам, как себя правильно вести, чтобы не ударить в грязь лицом, что вы должны делать, а что нет. Вопросы?
— Нет, сэр.
— Очень хорошо. Мистер Малфой, как следует посвятите его в правила нашего Дома, — дал наставление Снейп, продолжая при этом наблюдать за новым студентом.
Поттер вжал голову в плечи, готовый провалиться от внимания двух пар глаз к своей персоне. Кроме того, ледяной тон Северуса внушал ему сильные опасения.
— Непременно, профессор, — учтиво склонил голову слизеринец.
Не говоря ни слова, Снейп покинул помещение, и гомон голосов возобновился. Многие ребята подошли к ним, заинтересовавшись еще одним слизеринцем, пополнившим их ряды.
Какое-то время Гарри не замечал творящегося вокруг него. Его не оставляли в покое плохие предчувствия. Все шло не так, абсолютно не так! Мало того, что он попал в яму со змеями, так еще и Снейп на него за что-то взъелся. Теперь Поттер был точно в этом уверен. Могло происходить все, что угодно, но Северус всегда рассказывал новеньким все правила Дома сам. Борясь с нахлынувшими эмоциями, мальчик поднял глаза на Малфоя и остальных ребят, не зная, как вести себя. Возможно, ему не нужно торопиться с выводами, а вдруг здесь Драко не такая мразь, как в его мире? Тот Малфой навсегда остался за зеркалом, и Гарри не имел права ненавидеть этого, чужого, но так похожего на него слизеринца. Запихнуть подальше клокочущую внутри ярость, обуздать ее. Подражание интонациям отца еще не показатель.
— Интересно, что в тебе так не понравилось старине Снейпу? — вопросительно приподнял брови Драко, намерено растягивая слова. — Обычно он сам разбирается со всей этой ерундой.
Гарри сжал кулаки, сдерживая себя от напрашивающейся на язык грубости.
— Понятия не имею, — спокойно ответил он.
Слова и поведение Драко задели его. Как смеет он фамильярничать за спиной декана? Как смеет не почитать его в присутствии других слизеринцев? Но самым обидным для него оказалось признать правоту наследника Малфоев. Если и остальные видят отношение Снейпа к нему, значит, так оно и есть. Ему срочно необходимо поговорить с Дамблдором. Он должен знать, что такого пожилой маг наговорил его отц…декану.
— Что ж, раз моей печальной обязанностью будет нянчиться с тобой, то для начала я еще раз представлюсь. Как ты уже слышал, меня зовут Драко Малфой. Ты, наверное, и раньше слышал обо мне.
Эта надменность, эта мерзкая улыбка. Во всех движениях и жестах блондина улавливалась схожесть с Малфоем из мира Гарри, а может, и более худшая его версия, учитывая, что в своей реальности Гарри неплохо приложил руку к тому, чтобы сбить с богатенького хвастуна всю спесь. Здесь же, похоже, никто не занимался Драко, все его друзья были куплены отцом Драко, являющимся единственным авторитетом для змееныша.
Бывший гриффиндорец не мог больше сдерживать раздражения. Слишком мало времени прошло с того предательства.
— Что-то припоминаю, — он едко улыбнулся высоко задравшему нос Драко. — Кажется, я читал, что Люциуса Малфоя засадили в тюрьму за деятельность Пожирателя Смерти, — заметив, как побледнел однокурсник, Гарри усмехнулся и продолжил: — Не слишком завидное положение. Я бы сказал даже…позорное.
— Да как ты смеешь…
— Говорить правду? А когда это было запрещено? — Поттер ликовал, представляя себе словесную расправу над ненавистным врагом.
— Мой отец не преступник! — взорвался Малфой. Еще чуть-чуть, и драки не избежать. Ха-ха, как страшно. — Он — жертва! Жертва непонимания и клеветы!
— А еще он убийца и раб. Это печально, Драко, — в голосе не было и доли сочувствия.
— Заткнись! — Забини и кто-то еще крепко вцепились в Малфоя, не давая тому использовать палочку. — Не смей так говорить о моем отце!
— А как о нем говорить, если он служит Волдеморту? — презрительно выплюнул Гарри.
— Для тебя Темный Лорд, — вконец разозлился Драко. — Ты тоже будешь ему служить!
— Тише, Драко… — вмешался в разговор Забини.
— Надо быть осторожнее, помнишь? — робко заметила какая-то девочка.
— Отвалите, я сам решу, как себя вести! Никто ничего доказать не сможет!
— Эм…Драко, ну, правда, перестань.
Гарри хмыкнул. Все слизеринцы рано или поздно оступятся и упадут в черную пропасть, но, когда одумаются, будет слишком поздно.
— Я никогда не буду ему служить. Заруби это на носу, Малфой.
Он не собирался и дальше находиться в этом гадюшнике и не считал нужным отвечать на глупые выпады избалованного слизеринца. Пройдя мимо застывшего Драко и напуганных их ссорой одноклассников, Поттер направился к левой двери от камина, скорее всего, ведущей в спальню мальчиков. Необходимо успокоиться и очистить сознание. Он и так перешел границу дозволенного, поддавшись липкой, словно смола, обиде.
Едва Гарри вошел в один из нескольких проходов, ведущих в спальни мальчиков, отовсюду послышался сильный треск, и что-то невидимое отбросило бывшего гриффиндорца обратно в гостиную и впечатало в одно из стоящих на пути кресел, почти вышибая дух. Позабыв на мгновение, как дышать, юноша не сразу почувствовал неприятную бьющую боль в затылке, а неприязненные смешки ворвались в сознание буквально из неоткуда.
— Так-так, — в поле его зрения попал Драко, с триумфальным видом разглядывающий новенького. — Так вот какова причина твоего тявканья? Будь я на твоем месте, я бы не посмел и носа показать.
Замешательство на лице Гарри вызвало у слизеринца снисходительную улыбку.
— Первое правило Салазара Слизерина гласит: никаких грязнокровок и полукровок на его факультете!
Гарри дернулся как от пощечины.
— Тебе не место здесь, полукровка! — выкрикнула Пэнси Паркинсон, удивительно быстро набравшись храбрости. — Проваливай на Гриффиндор или Пуффедуй!
— Да, там тебе самое место! — подал голос незнакомый Поттеру семикурсник. — Там таких много!
Понятно. Каким-то чудесным образом змеи узнали, что он полукровка. Хотя, почему чудесным? Сигнальные чары на первых проходах в спальни в два счета разоблачили «неверного».
Все еще ощущая боль в затылке, Гарри поднялся на ноги, старательно игнорируя насмешливые взгляды и глупые «улюлюкания» однокурсников. Было некомфортно. Одно дело поссориться с Малфоем и его прихвостнями, но выйти победителем, заслужив пусть и скрытое, но одобрение остальных слизеринцев, а совсем другое — попасться на чистоте крови и получить врагов не только в лице Драко, но и всего факультета, помешанного на идеях Салазара Слизерина. Интересно, как уживаются здесь остальные полукровки и магглорожденные? Или он единственный стал исключением? Нет, дурацкая мысль, ведь и Снейп, и Волдеморт тоже были полукровками, однако их отправили именно на змеиный факультет. Скорее всего, у них получилось избежать сигнальных чар или же…чары появились позже. Мерлин, ну почему он не учел возможного подвоха!
Расстроенный Гарри не заметил, как Драко обошел его со спины и грубо толкнул.
— Исчезни побыстрее, Ларсен, — брезгливо поморщился он. — От тебя несет грязной кровью.
Еле удержавшись на ногах, мальчик резко обернулся к своему обидчику и прошептал:
— А ты по уши в дерьме, Малфой.
Гарри ушел из гостиной, не дождавшись ответной реплики бывшего друга, без сомнения, насквозь пропитанной ядом и проклятиями.

***

Первый учебный день не слишком облегчил жизнь Гарри на факультете Слизерина. Одна бессонная ночь, не давшая ему перевернуть страницу и начать с нового абзаца, изрядно вымотала юношу. С другой стороны, как он мог расслабиться и позволить себе провалиться в царство Морфея, когда под боком компания будущих Пожирателей смерти во главе с Малфоем, с которым он уже умудрился разругаться в пух и прах? Устало протерев отяжелевшие от недосыпа глаза, Поттер вернулся к листу с вопросами проверочной работы, которой решила их порадовать профессор МакГонагалл. Мысли плавали в белом тумане, не желая показываться наружу и выстраиваться в нужной последовательности, а буквы расплывались в причудливые узоры, не собираясь в слова. Мда, такими темпами он точно завалит проверочную. Подперев голову другой рукой, Гарри попытался посмотреть на вопросы с иной стороны, однако мало, что поменялось. Вздохнув и потерев виски, он начал писать первое, что пришло ему в голову.
Вскоре профессор велела им сдавать работы. Гарри не рискнул посмотреть на своего бывшего декана, чувствуя себя виноватым за весь тот бред, что был написан на его листе. Да и вид строгой ведьмы лишний раз напоминал о том, что когда-то он тоже принадлежал ее факультету. Сейчас, помимо сильной усталости, мальчик ощущал напряжение и неприязнь его новых товарищей по Дому, по сути таковыми не являющимися. Он снова был один. На короткие мгновения Гарри забывал про одиночество, когда общался с миссис Фигг, Дамблдором или Ремусом, но оно так никуда и не делось, преследуя и накрывая своими скользкими объятиями. Стоило вновь увидеть двойника, беззаботно беседовавшего с его друзьями, сердце почернело и на какой-то момент показалось, что вообще остановилось. Хоть другой Гарри ничего ему не сделал, он уже раздражал юношу, ведь именно он вынудил согласиться на всю эту глупую авантюру, заранее обреченную на провал. Гарри не сказал этого Дамблдорам, но второй раз победить Волдеморта у него не выйдет. Это невозможно. А из-за своего двойника Поттер вынужден существовать за счет зелий (не забыть бы сегодня принять!), избегать всего и вся. Здесь даже собственная жизнь не принадлежит ему. За что же ему тогда симпатизировать другому Гарри? Что в нем такого особенного?
— Мистер Ларсен!
Гарри вздрогнул и поднял глаза на профессора трансфигурации.
— Да, мадам?
— Хоть вы и новенький в Хогвартсе, это не дает вам права витать в облаках и не слушать преподавателя, — строго заметила женщина, поправляя очки.
— Прошу прощения, — тихо отозвался Гарри, игнорируя смешки одноклассников. — Этого больше не повторится.
— Я надеюсь, мистер Ларсен. Пять очков со Слизерина, — она наконец перестала сердито смотреть на него. — А теперь вернемся к практической части. На сегодняшний день вашим заданием будет обратить животных среднего размера в деревянный стол. И желательно, чтобы он все-таки не был живым, вам ясно, мистер Уизли?
— Да, профессор, — смущенно произнес гриффиндорец.
— Тогда приступайте.
Разумеется, лучше всех с заданием справилась Гермиона, превратив появившуюся перед ней собаку незнакомой Гарри породы в изящный деревянный стол. Мальчик печально улыбнулся и перевел свое внимание на возникшего перед ним пса, невольно вспоминая Бродягу. Тот также активно вилял хвостом и скалился в улыбке при виде крестника.
Вяло взмахнув палочкой и сосредоточившись на магической формуле, Поттер произнес заклинание, и через миг перед ним стоял деревянный стол, обросший светлой шерстью.
— Неплохо, мистер Ларсен, но не достаточно для того, чтобы я смогла поставить вам оценку, — произнесла МакГонагалл, оценив его труды. — Попытайтесь еще раз.
Однако остальные попытки оказалась еще хуже первой. Уши и хвост определенно не предавали этому предмету сходства со столом, а когда «оно» еще и тявкнуло, Гарри окончательно упал духом. Его шатало и клонило в сон, какая тут могла быть трансфигурация? Хотя надо признать, не у него одного были проблемы. Драко боролся с четвертой ножкой стола, упорно отказывающейся избавиться от шерсти. Столы многих учеников вообще не были деревянными. Каменными, фарфоровыми, даже картонными, но не деревянными. А стол Рона превзошел все ожидания: громко лая, он носился по кабинету за явно понравившимся ему рыжим мальчиком, чудом не сшибая вовремя отскакивающих с пути учеников.
— Мистер Уизли, я, кажется, говорила вам, — женщина наложила заклинание на движущийся объект, и он исчез. — Вы хоть открывали учебник? Какая главная составляющая формулы нашего сегодняшнего урока?
Рон виновато опустил голову.
— Очень плохо, мистер Уизли, — покачала головой профессор, проигнорировав поднятую руку Гермионы.
Когда сдвоенная трансфигурация окончилась, Гарри едва волочил ноги. Эти превращения отнимали слишком много магической энергии, и, если он хотел иметь успех по этому предмету, ему обязательно следует высыпаться, иначе не избежать ошибок и быстрого истощения.
Мимо важно прошествовал Драко в компании Забини.
— Нет, ты видел этого идиота Уизли? Я думал от смеха лопну! — гоготал Малфой.
— Ага, та еще умора, — поддержал Блейз.
Демонстративно не замечая новенького, они скрылись за поворотом.
Прошли ученики из Когтеврана и Пуффендуя, выбравшие трансфигурацию для сдачи Т.Р.И.Т.О.Н.А., отставший от Малфоя и Забини Теодор Нотт, ну и, собственно, гриффиндорцы во главе с двойником. Надо сказать, другой Гарри неблестяще справился с задачей. То ли тоже не выспался, то ли с Роном за компанию поленился полистать учебник перед занятием. В любом случае, успеваемость двойника его не касалась.
На обеде Поттер выбрал самый дальний и пустой уголок за слизеринским столом и расположился там, по счастливой случайности, спиной к гриффиндорцам, к которым двинулся по старой привычке, едва войдя в Большой Зал. Наполнив тарелку, мальчик поднял глаза к зачарованному потолку и увидел, как хмурится небо и свинцовые тучи теснят блеклое солнце. Погода видимо была солидарна с его настроением. Есть совершенно не хотелось, но пришлось заставить себя, поскольку после обеда урок сдвоенных продвинутых зелий, требующий четких отточенных движений и предельной концентрации.
К большой досаде Гарри, Дамблдора не было сегодня на обеде. Рядом с пустующим креслом директора сидел Ремус. Встретившись глазами с другом отца и крестного, бывший гриффиндорец слегка улыбнулся ему, надеясь, что мнение Люпина о нем действительно не поменяется, несмотря на «распределение» в Слизерин. Как сказал тогда Луни, факультет не имеет значения.
«Ты и правда так думаешь, Ремус, или же твои слова ничто перед жестокой реальностью?»
Заметив внимание Гарри, оборотень ответил ему добродушной улыбкой, чем значительно успокоил нервничающего студента.
По правую руку от директорского кресла расположилась профессор МакГонагалл и о чем-то спорила со Снейпом. Поймав взглядом мрачную внушительную фигуру отц…декана, Поттер словно оказался облитым холодной водой, с лихвой возвращая напряжение обратно в душу. Он вспомнил, как раньше отец часто смотрел на него и незаметно для остальных улыбался приемному сыну, подбадривая перед тяжелым учебным днем. А теперь, если Северус и одаривал слизеринский стол пристальным взором, он не задерживал на Гарри больше внимания, нежели на других своих змейках, а иногда и вовсе не замечал его. Аппетит пропал, даже толком не разыгравшись, до того юноше стало обидно. Почему он так не понравился Северусу? Замешан ли тут вчерашний разговор с Дамблдором, и если да, то о чем, Мерлин их дери, они говорили?! Это нужно выяснить! Любой ценой!

***

Продвинутые зелья взяли намного меньше человек, чем все остальные предметы для сдачи Т.Р.И.Т.О.Н.А. Это не удивляло — требования Снейпа к набору студентов для продвинутого курса зельеварения были слишком высоки. К нему могли попасть лишь те, кто ухитрился сдать СОВЫ по зельям не ниже «Превосходно». Гарри долгое время считал, что Северус чересчур строг к знаниям своего предмета, однако, осознав его важность и взрывоопасность при грубых ошибках, мальчику пришлось признать правоту отца, ибо тот нес ответственность за жизни учеников.
В этом году группа оказалась совсем маленькой: ни одного пуффендуйца, три когтевранца, Гермиона и двойник, а также Малфой, Буллстроуд, Нотт и он сам.
Его появление в классе вызвало недовольство другого Гарри и когтевранцев.
— О нет, еще один слизняк, — простонал незнакомый когтевранец.
— Ясное дело, большинство слизеринцев хочет, чтобы декан прикрывал их толстые зад…
— Бутт, следи за словами, иначе я буду вынуждена вычесть баллы, — сердито произнесла Гермиона, подозрительно косясь на новенького слизеринца.
— Минус пятнадцать баллов Когтеврану за паршивый язык, — кто бы сомневался, что Малфой промолчит в этой ситуации. — Раз ты такая мягкотелая, Грейнджер, так и быть, сделаю за тебя грязную работу.
— Заткнись, Малфой, — бросил двойник угрожающе.
— А то что, Поттер? Ну, давай, прокляни меня! — Драко вальяжно развалился на стуле, лицом к врагу, спиной упираясь в Миллисент, сидевшую рядом, и раскинул руки в стороны.
— Гарри, он провоцирует тебя, не поддавайся, — шепот Гермионы.
— Я знаю, все в порядке, — отозвался двойник. — В твоем нынешнем положении я бы помалкивал, Малфой.
Самодовольная улыбка сползла с губ Драко. Он с ненавистью посмотрел на другого Гарри, а потом его внимание резко переключилось на новенького.
— Чего уставился, Ларсен?
— Да нет, ничего.
Поттер уселся за последнюю парту в ряду слизеринцев и молча принялся готовиться к уроку. Он не даст Малфою возможность провоцировать себя подобными выпадами и грубостью.
Снейп вошел в кабинет ровно со звонком, прекращая все возможные разговоры. Подойдя к преподавательскому столу и эффектно развернувшись лицом к аудитории, мужчина начал урок:
— Я крайне разочарован вашим уровнем знаний по моему предмету. Я очень надеялся, что простейшие вопросы на прошлой проверочной работе не вызовут затруднений, если не у всех, то у большинства здесь сидящих. Однако ваша тупость превзошла все мои ожидания.
Проверенные контрольные медленно поплыли к побледневшим хозяевам.
— Только непроходимый тупица мог написать, что аконит — это безобидное растение!
От Поттера не укрылось то, как дернулся его двойник. Нехорошее предчувствие медленно начало закрадываться в сознание. Неужели это его работу высмеивает Северус? Да быть не может, чтобы профессор так жестоко поступил с ним.
— А бетель не взаимодействует с уксусной кислотой? Мерлин милостивый!
Хм…дополнительная литература.
— И наконец, как можно перепутать папоротник с морскими водорослями?!
Ну, если так подумать…когда-то давно он и сам их не отличал.
— Я надеюсь, в сегодняшней контрольной вы порадуете меня более…продуктивными ответами, — неприятная ухмылка появилась на желтоватом лице зельевара. — Что впрочем, весьма сомнительно.
Все, за исключением Гермионы и Гарри, обреченно взвыли, когда учебники исчезли с парт, уступая место белоснежно-белым листьям пергамента.
— Тишина, — обманчиво тихий глубокий баритон не обманул учеников. — Класс продвинутых зелий предполагает отменное знание материала и умение его применить в любой ситуации. Будь вы целителем, теоретиком или же…аврором, — последнее слово Северус буквально выплюнул и бросил свирепый взгляд на двойника.
От этой злости в черных глазах профессора Гарри напрягся как струна, дыша через раз, боясь сделать хоть одно лишнее телодвижение. Нет, это не может быть правдой! Ему ведь только показалось, верно?
— Если вы считаете, что не способны перебороть лень, вы знаете, где выход, — мужчина замолчал, выжидающе глядя на студентов.
Тем не менее, никто не сдвинулся с места.
— В таком случае, приступайте. У вас есть двадцать минут.
Профессор уселся за стол, а перед учениками сразу же появились листы с вопросами.
— Двадцать минут?! На это?! — когтевранец ошалевшими глазами пялился на доставшийся ему вариант проверочной работы, будто там было написано на греческом языке.
— Да, мистер Джонс, — Северус посмотрел на бедного ученика, как на жалкую букашку. — А если не перестанете отвлекать остальных, у вас и пяти минут не будет.
Мальчик по имени Джонс сглотнул и уткнулся в свой лист, явно заинтересовавшись одним из предложенных вопросов.
Гарри какое-то время изучал напряженную спину двойника, периодически переводя взгляд на слизеринского декана, а затем решил-таки заняться вопросами. Как он и ожидал, проверочная работа предполагала хорошее знание дополнительной литературы по зельеварению, куда входили даже несколько статей из «Вестника алхимика». Что ж, это не составит труда, правда над всеми возможными составами зелий от мигрени придется подумать. Из известных ему трех быстродействующих составов, хорошо он знал лишь два, а третий вызывал некоторые затруднения. Кроме того, наверное, стоит описать более медленные зелья.
Вся контрольная заняла у юноши чуть больше десяти минут. Осмотрев класс и убедившись, что одноклассники еще пишут, Поттер тихо поднялся и, крепко сжав, исписанный лист, понес его профессору.
— В чем дело, мистер Ларсен? — тихо поинтересовался Снейп, оторвавшись от чтения какого-то учебника и подняв на новенького взгляд.
— Я закончил, сэр, — Гарри протянул свою работу, надеясь, что Северус не заметит, как трясутся его руки.
— Вы слышали, чтобы я давал распоряжение сдавать работы? — угрожающе спросил зельевар.
— Нет, но…
— В таком случае, соизвольте вернуться на место и дождаться разрешения, — тон, пресекающий все возражения.
Почувствовав неприятную сухость в горле, бывший гриффиндорец развернулся и отправился к своей парте. Ноги вдруг одеревенели, поэтому понадобилось приложить немало усилий, чтобы не споткнуться на ровном месте и не развалиться на полу во весь рост на потеху классу. Почему-то мир показался ему еще хуже, чем несколько минут назад, возникло неприятное чувство безнадежности. Он помнил, как долго располагал к себе внимание Снейпа в своем мире, но именно сейчас ему хотелось как можно быстрее наладить отношения. От одной неудачной попытки навалилась дикая усталость.
— Сдавайте работы! — приказал слизеринский декан. — Все, кроме мистера Поттера. За свою работу он получает тролль.
Слизеринец поднял глаза на зельевара, не сразу сообразив, что обращались не к нему.
— Что? Почему? — возмутился двойник, до боли сжав кулаки.
Гарри остановился и посмотрел на гриффиндорца. Непонятная паника все яростнее надвигалась на него, безжалостно ломая слабую выдержку.
— Потому что мозг мисс Грейнджер отвечает только за ее контрольную. Вашей он не касается.
— Я не списывал! — воскликнул мальчик, обескураженно глядя на подругу.
— Сэр, он действительно не списывал у меня, — попыталась заступиться за двойника Гермиона. — Он…
— Молчать! Мисс Грейнджер, вам тоже поставить тролль, дабы вы смогли разделить печальную участь Поттера?
Гермиона насупилась, однако ничего не ответила. Бросив извиняющийся взгляд на другого Гарри, она поспешила отнести работу профессору под громкие хихиканья слизеринцев. Поттер однако не смеялся. На его лице застыло выражение неподдельного ужаса. Его отец никогда так себя не вел, он никогда…не издевался над ним, наоборот, поддерживал. Тогда, что происходит здесь? Его же уверяли в схожести миров!
Снейп дал распоряжение к практической части урока и вывел волшебной палочкой рецепт сегодняшнего зелья на доске. С трудом заставив себя вчитаться в его состав, Гарри отправился за необходимыми ингредиентами. Хоть он и не стремился как-то отличиться, однако руки механически взяли компоненты для более упрощенного варианта приготовления. Северус учил его как по структуре зелья можно сэкономить время, воспользовавшись индивидуальными свойствами растений и их сочетанием с другими составляющими. Зельеварение настолько тонкая наука, что на результат приготовления мог повлиять даже один лишний оборот по или против часовой стрелки. А если сделать правильную заготовку и не упустить время, то…
— Мистер Поттер, какого цвета должно быть сегодняшнее зелье на предпоследней стадии приготовления? — Снейп склонился над котлом рассерженного двойника.
— Прозрачного, сэр, — сквозь зубы процедил тот.
— Что ж, читать вы умеете. Мне бы очень хотелось знать, почему тогда ваше зелье не имеет нужного окраса, м?
— Сейчас будет весело, — послышался довольный голос Драко Малфоя.
Гарри замер над котлом, отложив в сторону паучьи лапки. Его затрясло от осознания болезненной правды.
— Потому что я сделал два оборота, а не три, как было сказано в рецепте, — отозвался гриффиндорец, глубоко вздохнув.
— Нет, Поттер, потому что вы идиот! — рявкнул Северус. — Потому что вам нравится, когда мир вращается вокруг вас и все падают ниц перед вами!
— Неправда!
— Правда, иначе вы бы сто раз подумали, прежде чем напрашиваться на продвинутые зелья, зная, что вы по ним сама бездарность!
Два презирающих друг друга взгляда. Два человека, между которыми нет ничего общего, кроме взаимной неприязни. Перед глазами Гарри вдруг замелькали картинки из прошлого: Дамблдор привел его в дом Северуса, первое осознание того, что о нем действительно кто-то заботится, первая маленькая победа на пути к расположению строгого опекуна, первые праздники… Он не уследил за своим счастьем, позволив ему разбиться.
— Если вы бы не цеплялись ко мне из-за каждого неправильного движения, у меня все получалось бы!
— Вы чертов эгоист! — с отвращением произнес Мастер зелий. — Если бы я не заметил вашей оплошности, весь класс мог взлететь на воздух! Вы хоть отдаете себе в этом отчет? Или вас заботит только собственная шкура?
Двойник опустил голову, явно почувствовав вину.
Во время разговора с Дамблдором и его отражением, Гарри с легкостью позволил ввести себя в заблуждение, лишь услышав о том, что в этом мире жив Северус. Подгоняемый болью от недавней потери он ни на миг не задумался о возможных препятствиях, ожидающих в нынешней реальности. Все, о чем мальчик мечтал — склеить разбитое счастье. Да, пусть немного неуклюже, но это же все равно будет то самое счастье. Или нет?
— Эванеско! — зельевар заклинанием очистил котел понурого гриффиндорца. — Снова без оценки, Поттер.
— Плевать, — зло бросил двойник.
— Минус двадцать очков Гриффиндору за дерзость!
Снейп продолжил свой обход между партами студентов, следя за огнем под бурлящими котлами, за тем, как незадачливые ученики неправильно нарезают ингредиенты. Даже Драко Малфой не избежал едких комментариев от преподавателя. Однако все раздражение Снейпа разом испарилось, уступая место неподдельному испугу, стоило ему приблизиться к котлу новенького ученика.
— Эванеско! — повторно скомандовал Мастер зелий, доставая палочку.
Еще не пришедший в себя от шока Гарри удивленно и слегка вяло перевел взгляд с побелевшего декана на свой котел, как раз в тот момент, когда из него исчезла жидкость ядрено-зеленого цвета. Глухой треск из оловянного котла ясно дал понять — еще секунда и класс разнесло бы на куски.
Повисла напряженная тишина. Гарри остро ощущал на себе любопытные, чуть боязливые взгляды однокурсников. Похоже, он сумел привлечь к себе внимание не только Снейпа.
— Что, черт вас подери, вы творите, мистер Ларсен? — прорычал он, подходя ближе и нависая над дрожащим учеником.
Гарри прошиб холодный пот, а по спине пробежал мерзкий холодок. Он хотел внимания Северуса, но не такого! И тем более, он не собирался взрывать класс! Ему хотелось похвастаться своими навыками в зельеварении.
— Прошу прощения, сэр, — сказал он, закрывая глаза и стараясь выровнять дыхание. — Я очень виноват.
— Вы не просто виноваты, — прошипел Снейп, со стуком опираясь руками о его парту. — Из-за вас мы все могли погибнуть!
Погибнуть…погибнуть…погибнуть…
Из-за него уже гибли. Только он был в этом виноват.
— Этого больше не повторится, профессор, — нечетко произнес он, не глядя в глаза учителя. — Я был неправ, позволив себе задуматься.
— Действительно, — Снейп резко выпрямился. — Думаю, отработка сегодня с Филчем вправит вам мозги, мистер Ларсен.
Гарри медленно кивнул, соглашаясь.
— А чтобы совсем закрепить успех, — бездонные глаза опасно прищурились, — двадцать баллов со Слизерина.
Если кто-то сказал, что предел тишины в классе зельеварения найден, то он жестоко ошибся.

@темы: Просто быть рядом

URL
Комментарии
2012-11-24 в 15:05 

brekikex
Жаль, что так редко выкладывается продолжение.

С днём рождения, FluffyDu!

2012-11-24 в 23:14 

FluffyDu
brekikex, спасибо!

URL
   

~In Blood Only~

главная